Не скрою: я давно хотел побывать на концерте живой легенды мировой музыки – Дживана Гаспаряна. И каждый раз, когда за последние лет пять мне по каким-то причинам это вновь не удавалось, я корил себя и надеялся, что через год-полтора Дядя Дживан снова посетит наш город, и «тогда-то я уж точно!..»
И вот, я подходил к ДК «Выборгский», с неба сыпался первый настоящий, основательный снег, а перед входом в ДК вовсю продавали DVD и MP3-диски с концертами и альбомами «виновника торжества». На мой взгляд, по непомерным ценам. Фирменные же диски с новым альбомом продавались только внутри. Но на них цена была оправданно высокой.
Перед ДК и внутри царило оживление. Люди приходили, в основном, старше 25, почти все – парами, и даже целыми семьями – от бабушек до внуков. А вот молодежи, от 12 до, скажем, 20 – можно сказать, не было: я видел лишь двух парней. Впрочем, ничего удивительного в этом, наверное, нет. Музыка Дживана Гаспаряна – как классика: вы начинаете ее действительно понимать и чувствовать лишь тогда, когда уже немного повзрослеете, быть может, даже «замудреете».
Уже почти перед самым концертом меня чуть расстроило обязательное условие организаторов – как выяснилось, абсолютно справедливое: фотографировать без вспышки и только между песнями (чтобы не слышно было звук срабатывающего затвора, поскольку музыка тихая, камерная), по залу не перемещаться – фотографировать с места. Поэтому все фотографии получились с одного ракурса. Жаль, конечно, но эти требования были оправданы.
На моих часах было уже 19:00, а публика не вся собралась и продолжала прибывать еще минут десять. За это время из-за кулис дважды чуть выходил человек, оглядывал зал и возвращался – видимо, сообщал, что начинать еще рано, надо подождать. И в 19:10 на сцену вышел Дживан Гаспарян и еще трое музыкантов. Нечего и говорить, что зал загремел аплодисментами. А Дядя Дживан благодарно кланялся и искренне, очень добро улыбался. Тем не менее, не затягивая, музыканты расселись по своим местам. И начались минуты, наполненные удивительным, щемящим душу звуком – звуком дудука.
Помимо самого «короля дудука» было еще трое дудукистов: два ритмически-фоновых (бас и баритон – если так можно их назвать) и один соло – примерно той же высоты, что и дудук Дживана, только, пожалуй, с более нежным, без «хрипотцы», звуком. Думаю, и так понятно, что эти трое музыкантов – тоже настоящие мастера своих инструментов. И, кстати, молодой человек, игравший на втором соло-дудуке (если я не ошибаюсь, это внук Дживана Гаспаряна), периодически выдвигался Дядей Дживаном на первый план: он либо замолкал совсем, либо играл тише, заодно жестом подбадривая молодого мастера играть громче.
Наблюдая за Гаспаряном, я поймал себя на удивлении: человек уже не мало пожил на свете, убелен благородной сединой, имеет всемирное признание, бесспорный талант, работал вместе с такими людьми, одни имена которых многим внушают благоговение (и при этом сами они почитали за честь работу с ним), но он с такой любовью и трепетом относится к своему инструменту, культуре, своему народу в частности и людям вообще, так искренне, по-детски – не побоюсь этого сравнения – благодарит слушателей, что это достойно глубочайшего уважения. И даже более того: Дживана Гаспаряна надо ставить в пример огромному множеству намного менее талантливых, но намного более «звездных» музыкантов. Простота и искренность, помноженные на высочайшее мастерство владения инструментом – вот, что я увидел в этот вечер.
Если Вы когда-нибудь бывали в церкви не «по делу», а просто так: заходили, вставали где-нибудь, где никто не мешает, успокаивались и не суетились, то наверняка замечали, что в какой-то момент спонтанно охватывает непривычное чувство – как будто все, что есть в нашем мире, не имеет никакого значения: деньги, власть, общество, предрассудки, недвижимость, политика, цены, инфляция, правительство и т.д. и т.п. И еще почему-то Вы чувствуете себя маленьким, глупым человечком, который бежит не туда, куда надо, и мало ценит действительно важные вещи. А важны только Вечность, искусство и любовь. И щемит душу, и слезы наворачиваются на глаза, и больно на душе, и тесно ей в теле, и хочется бросить всю суету и жить лишь главным… Вот такое же чувство не раз охватывало меня на этом концерте. Ни на одном раньше со мной такого не бывало.
Чаще же было просто очень хорошо от того света и добра, которые лились со сцены. И так, совсем незаметно, пролетело около часа, и Дядя Дживан сказал после одной из композиций: «Антракт 15 минут». И музыканты, раскланиваясь, удалились за кулисы. Ну, а две трети публики, как водится, рванули в буфет. :)
После антракта на сцену вышли, помимо упомянутых, еще трое музыкантов: один барабанщик с довольно большим, размером с басовый том, барабаном подмышкой, и двое клавишников – по ходу второй части концерта они играли на своих синтезаторах Roland партии фортепьяно, гитары, баса, барабанов, струнных и других инструментов. В какой-то момент Дядя Дживан объявил прекрасно знакомую мне, любимую, но совершенно нежданную здесь заглавную тему саундтрека к фильму «Последнее искушение Христа» – The Feeling Begins, написанную не менее великим и заслуженным Питером Гэбриелом (Peter Gabriel), в которой Гаспарян наиграл на дудуке народную армянскую мелодию: «А сейчас прозвучит музыка из кинофильма "Последнее искушение Христа”». Зал на секунду замер (думаю, кто-то, как я, не ожидал этой вещи, а кто-то попросту не знал ее), но затем, как бы смутившись собственной недогадливости, разразился аплодисментами. А когда эта композиция в аранжировке Дживана Гаспаряна и его музыкантов закончилась – просто взорвался овациями, восхищенным свистом и криками «Браво!».
Затем было объявлено: «Маленький кусочек музыки из фильма "Гладиатор”». Ну, здесь, понятное дело, заминки уже не было – аплодисменты и до, и после пьесы. Потом по сигналу мастера все музыканты заняли выжидательные позы, и началось великолепное, стремительное, страстное соло барабанщика. Когда же он закончил, восторгу публики не было предела: несколько раз аплодисментами его «заставляли» встать и смущенно раскланяться.
А вот после этого Дядя Дживан отложил дудук и придвинул к себе другой микрофон. И когда музыканты заиграли, он – запел. Как и одна дама, сидевшая в ряду за мной и шепотом воскликнувшая «Он и петь будет?», я тоже был удивлен. Но удивление мое быстро сменилось пониманием: вот чей, проникновенный, берущий за душу, искренний и без изысков голос звучал на тех записях Дживана Гаспаряна, которые у меня есть. А я, дурак, голову ломал!
Начал Гаспарян с песни, посвященной городу Спитак – жертвам того печально известного землетрясения. И когда он пел «Мама, мама» (и на армянском, оказывается, это слово звучит также, только с ударением на второй слог), сердце разрывалось, и перед глазами стояли картины тех выпусков новостей: разрушенные в пыль дома, уже спокойные мертвые и переполненные горем живые, и безразличное небо над всеми.
Потом Дживан Гаспарян мудро спел еще две, более светлые и спокойные, временами даже весело-удалые песни. После, отодвинув вокальный микрофон и взяв флейту, он закончил концерт подражанием голосам разных птиц под ритм остальных инструментов.
И именно с теплом, светом, радостью и надеждой на лучшее, подаренными в этот вечер мастером и его музыкантами, люди, стоя, аплодировали, фотографировали, уже не стесняясь, со вспышками, по десятому разу кричали «Браво!», дарили цветы Дяде Дживану, обнимали его, брали автографы.
И показалось, что все стали немного счастливее и добрее в этом зале вечером 4 ноября 2009 г.
Выражаю благодарность организатору концерта Продюсерскому Центру Андрея Базанова за предоставленную аккредитацию.
|
